Форум *Армянские девушки*

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум *Армянские девушки* » Досуг и Спорт » Bладимир Bысоцкий - история болезни


Bладимир Bысоцкий - история болезни

Сообщений 1 страница 30 из 45

1

* * *
свой первый срок я выдержать не смог.
мне год добавят, может быть, четыре.
ребята, напишите мне письмо,
как там дела в свободном вашем мире.
что вы там пьете? мы почти не пьем.
здесь только снег при солнечной погоде.
ребята, напишите обо всем,
а то здесь ничего не происходит.
мне очень-очень не хватает вас,
хочу увидеть милые мне рожи.
как там надюха? с кем она сейчас?
одна? - тогда пускай напишет тоже.
страшней быть может только страшный суд.
письмо мне будет уцелевшей нитью.
его, быть может, мне не отдадут,
но все равно, ребята, напишите.

1963-1964

0

2

о поэтах и кликушах

поэтам и прочим, но больше - поэтам

кто кончил жизнь трагически - тот истинный поэт,
а если в точный срок - так в полной мере.
на цифре 26 один шагнул под пистолет,
другой же - в петлю слазил в "англетере".
а в тридцать три христу... (он был поэт, он говорил:
"да не убий!" убьешь - везде найду, мол.)
но - гвозди ему в руки, чтоб чего не сотворил,
чтоб не писал и ни о чем не думал.
с меня при цифре 37 в момент слетает хмель.
вот и сейчас как холодом подуло:
под эту цифру пушкин подгадал себе дуэль
и маяковский лег виском на дуло.
задержимся на цифре 37. коварен бог -
ребром вопрос поставил: или - или.
на этом рубеже легли и байрон, и рембо,
а нынешние как-то проскочили.
дуэль не состоялась или перенесена,
а в тридцать три распяли, но не сильно.
а в тридцать семь - не кровь, да что там кровь - и седина
испачкала виски не так обильно.
слабо стреляться? в пятки, мол, давно ушла душа?
терпенье, психопаты и кликуши!
поэты ходят пятками по лезвию ножа
и режут в кровь свои босые души.
на слово "длинношеее" в конце пришлось три "е".
укоротить поэта! - вывод ясен.
и нож в него - но счастлив он висеть на острие,
зарезанный за то, что был опасен.
жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр!
томитесь, как наложницы в гареме:
срок жизни увеличился, и, может быть, концы
поэтов отодвинулись на время!

1971

0

3

вершина

здесь вам не равнина - здесь климат иной.
идут лавины одна за одной,
и здесь за камнепадом ревет камнепад.
и можно свернуть, обрыв обогнуть,-
но мы выбираем трудный путь,
опасный, как военная тропа.
кто здесь не бывал, кто не рисковал -
тот сам себя не испытал,
пусть даже внизу он звезды хватал с небес.
внизу не встретишь, как не тянись,
за всю свою счастливую жизнь
десятой доли таких красот и чудес.
нет алых роз и траурных лент,
и не похож на монумент
тот камень, что покой тебе подарил.
как вечным огнем, сверкает днем
вершина изумрудным льдом,
которую ты так и не покорил.
и пусть говорят - да, пусть говорят!
но нет - никто не гибнет зря,
так - лучше, чем от водки и от простуд.
другие придут, сменив уют
на риск и непомерный труд,-
пройдут тобой не пройденый маршрут.
отвесные стены - а ну, не зевай!
ты здесь на везение не уповай.
в горах ненадежны ни камень, ни лед, ни скала.
надеемся только на крепость рук,
на руки друга и вбитый крюк,
и молимся, чтобы страховка не подвела.
мы рубим ступени. ни шагу назад!
и от напряженья колени дрожат,
и сердце готово к вершине бежать из груди.
весь мир на ладони - ты счастлив и нем
и только немного завидуешь тем,
другим - у которых вершина еще впереди.

1966

0

4

прощание

корабли постоят и ложатся на курс,
но они возвращаются сквозь непогоды.
не пройдет и полгода - и я появлюсь,
чтобы снова уйти,
чтобы снова уйти на полгода.
возвращаются все, кроме лучших друзей,
кроме самых любимых и преданных женщин.
возвращаются все, - кроме тех, кто нужней.
я не верю судьбе,
я не верю судьбе, а себе - еще меньше.
но мне хочется думать, что это не так, -
что сжигать корабли скоро выйдет из моды.
я, конечно, вернусь, весь в друзьях и мечтах.
я, конечно, спою,
я, конечно, спою, - не пройдет и полгода.

1966

0

5

лирическая

марине...

здесь лапы у елей дрожат на весу,
здесь птицы щебечут тревожно.
живешь в заколдованном диком лесу,
откуда уйти невозможно.
пусть черемухи сохнут бельем на ветру,
пусть дождем опадают сирени -
все равно я отсюда тебя заберу
во дворец, где играют свирели.
твой мир колдунами на тысячи лет
укрыт от меня и от света.
и думаешь ты, что прекраснее нет,
чем лес заколдованный этот.
пусть на листьях не будет росы поутру,
пусть луна с небом пасмурным в ссоре,-
все равно я отсюда тебя заберу
в светлый терем с балконом на море.
в какой день недели, в котором часу
ты выйдешь ко мне осторожно?
когда я тебя на руках унесу
туда, где найти невозможно?
украду, если кража тебе по душе,-
зря ли я столько сил разбазарил?
соглашайся хотя бы на рай в шалаше,
если терем с дворцом кто-то занял!

1969

0

6

она была в париже

ларисе лужиной...

наверно, я погиб. глаза закрою - вижу.
наверно, я погиб: робею, а потом -
куда мне до нее! она была в париже,
и я вчера узнал - не только в нем одном.
какие песни пел я ей про север дальний!
я думал: вот чуть-чуть - и будем мы на "ты".
но я напрасно пел о полосе нейтральной -
ей глубоко плевать, какие там цветы.
я спел тогда еще - я думал, это ближе, -
про юг и про того, кто раньше с нею был.
но что ей до меня! она была в париже,
ей сам марсель марсо чего-то говорил.
я бросил свой завод, хоть в общем, был не вправе,
засел за словари на совесть и на страх,
но что ей до того! она уже в варшаве,
мы снова говорим на разных языках...
приедет - я скажу по-польски: "проше, пани,
прими таким, как есть, не буду больше петь!"
но что ей до меня! - она уже в иране, -
я понял - мне за ней, конечно, не успеть.
ведь она сегодня здесь, а завтра будет в осле -
да, я попал впросак, да, я попал в беду!
кто раньше с нею был и тот, кто будет после,-
пусть пробуют они. я лучше пережду.

1966

0

7

скалолазка

я спросил тебя: - зачем идете в горы вы?-
а ты к вершине шла, а ты рвалася в бой.
- ведь эльбрус и с самолета видно здорово! -
рассмеялась ты и взяла с собой.
и с тех пор ты стала близкая и ласковая,
альпинистка моя, скалолазка моя!
первый раз меня из трещины вытаскивая,
улыбалась ты, скалолазка моя.
а потом, за эти проклятые трещины,
когда ужин твой я нахваливал,
получил я две короткие затрещины -
но не обиделся, а приговаривал:
- ох, какая же ты близкая и ласковая,
альпинистка моя, скалолазка моя!
каждый раз меня по трещинам выискивая,
ты бранила меня, альпинистка моя.
а потом на каждом нашем восхождении -
ну почему ты ко мне недоверчивая?! -
страховала ты меня с наслаждением,
альпинистка моя гуттаперчевая.
ох, какая ты неблизкая, неласковая,
альпинистка моя, скалолазка моя!
каждый раз меня из пропасти вытаскивая,
ты ругала меня, скалолазка моя.
за тобой тянулся из последней силы я,-
до тебя уже мне рукой подать.
вот долезу и скажу: - довольно, милая!..-
тут сорвался вниз, но успел сказать:
- ох, какая же ты близкая и ласковая,
альпинистка моя, скалолазка моя!
мы теперь одной веревкой связаны -
стали оба мы скалолазами.

1966

0

8

Ноль семь

Людмиле Орловой...

Для меня эта ночь вне закона.
Я пишу - по ночам больше тем.
Я хватаюсь за диск телефона
И набираю вечное 07.
Девушка, здравствуйте!
Как вас звать? Тома.
Семьдесят вторая! Жду, дыханье затая!
Быть не может, повторите, я уверен - дома!
А, вот уже ответили... Ну, здравствуй, - это я!
Эта ночь для меня вне закона.
Я не сплю, я кричу - поскорей!
Почему мне в кредит, по талону
Предлагают любимых людей?
Девушка! Слушайте!
Семьдесят вторая!
Не могу дождаться, и часы мои стоят.
К дьяволу все линии, я завтра улетаю!
А, вот уже ответили... Ну, здравствуй, - это я!
Телефон для меня, как икона,
Телефонная книга - триптих,
Стала телефонистка мадонной,
Расстоянья на миг сократив.
Девушка, милая!
Я прошу, продлите!
Вы теперь, как ангел, - не сходите ж с алтаря!
Самое главное - впереди, поймите,
Вот уже ответили... Ну, здравствуй, - это я!
Что, опять поврежденье на трассе?
Что, реле там с ячейкой шалят?
Все равно, буду ждать, я согласен
Начинать каждый вечер с нуля!
07, здравствуйте!
Снова я. Что вам?
Нет! Уже не нужно. Нужен город Магадан.
Я даю вам слово, что звонить не буду снова.
Просто друг один узнать, как он бедняга, там.
Эта ночь для меня вне закона.
Ночи все у меня не для сна.
А усну - мне приснится мадонна,
На кого-то похожа она.
Девушка, милая!
Снова я, Тома!
Не могу дождаться, и часы мои стоят.
Да, меня. Конечно, я. Да, я, конечно, дома!
- Вызываю. Отвечайте. - Здравствуй, это я!

1967

0

9

веселая покойницкая 

едешь ли в поезде, в автомобиле,
или гуляешь, хлебнувши винца,-
при современном машинном обилье
трудно по жизни пройти до конца.
вот вам авария: в замоскворечье
трое везли хоронить одного,-
все, и шофер, получили увечья,
только который в гробу - ничего.
бабы по найму рыдали сквозь зубы,
дьякон - и тот верхней ноты не брал,
громко фальшивили медные трубы,-
только который в гробу - не соврал.
бывший начальник - и тайный разбойник -
в лоб лобызал и брезгливо плевал,
все приложились,- а скромный покойник
так никого и не поцеловал.
но грянул гром - ничего не попишешь,
силам природы на речи плевать,-
все побежали под плиты и крыши,-
только покойник не стал убегать.
что ему дождь - от него не убудет,-
вот у живущих - закалка не та.
ну, а покойники, бывшие люди,-
смелые люди и нам не чета.
как ни спеши, тебя опережает
клейкий ярлык, как отметка на лбу,-
а ничего тебе не угрожает,
только когда ты в дубовом гробу.
можно в отдельный, а можно и в общий -
мертвых квартирный вопрос не берет,-
вот молодец этот самый - усопший -
вовсе не требует лишних хлопот.
в царстве теней - в этом обществе строгом -
нет ни опасностей, нет ни тревог,-
ну, а у нас - все мы ходим под богом,
только которым в гробу - ничего.
слышу упрек: "он покойников славит!"
нет, я в обиде на злую судьбу:
всех нас когда-нибудь кто-то задавит,-
за исключением тех, кто в гробу.

1970

0

10

песенка плагиатора 
................................меня сегодня муза посетила...

я сейчас взорвусь, как триста тонн тротила,-
во мне заряд нетворческого зла.
меня сегодня муза посетила,
посетила, так, немного посидела и ушла.
у ней имелись веские причины,
я не имею права на нытье.
представьте, муза ночью у мужчины!
бог весть, что люди скажут про нее.
и все же мне досадно, одиноко,
ведь эта муза, люди подтвердят,
засиживалась сутками у блока,
у бальмонта жила не выходя.
я бросился к столу - весь нетерпенье,
но.. господи, помилуй и спаси!
она ушла, исчезло вдохновенье
и три рубля, должно быть, на такси.
я в бешенстве мечусь, как зверь, по дому.
но бог с ней, с музой, я ее простил.
она ушла к кому-нибудь другому,
я, видно, ее плохо угостил.
огромный торт, утыканный свечами,
засох от горя, да и я иссяк.
с соседями я допил, сволочами,
для музы предназначенный коньяк.
ушли года, как люди в черном списке.
все в прошлом - я зеваю от тоски.
она ушла безмолвно, по-английски,
но от нее остались две строки.
вот две строки,- я гений, прочь сомненья!
даешь восторги, лавры и цветы!
вот две строки: "я помню это чудное мгновенье,
когда передо мной явилась ты!"

1969

0

11

песенка о переселении душ

.......хорошую религию придумали индусы...

кто верит в магомета, кто - в аллаха, кто - в иисуса,
кто ни во что не верит - даже в черта, назло всем,-
хорошую религию придумали индусы:
что мы, отдав концы, не умираем насовсем.
стремилась ввысь душа твоя -
родишься вновь с мечтою,
но если жил ты как свинья -
останешься свиньею.
пусть косо смотрят на тебя - привыкни к укоризне,-
досадно - что ж, родишься вновь на колкости горазд.
и если видел смерть врага еще при этой жизни,
в другой тебе дарован будет верный зоркий глаз.
живи себе нормальненько -
есть повод веселиться:
ведь, может быть, в начальника
душа твоя вселится.
пускай живешь ты дворником - родишься вновь прорабом,
а после из прораба до министра дорастешь,-
но, если туп, как дерево - родишься баобабом
и будешь баобабом тыщу лет, пока помрешь.
досадно попугаем жить,
гадюкой с длинным веком,-
не лучше ли при жизни быть
приличным человеком?
так кто есть кто, так кто был кем?- мы никогда не знаем.
с ума сошли генетики от ген и хромосом.
быть может, тот облезлый кот - был раньше негодяем,
а этот милый человек - был раньше добрым псом.
я от восторга прыгаю,
я обхожу искусы,-
удобную религию
придумали индусы!

1969

0

12

ПЕСНЯ О ГОСПИТАЛЕ 

Жил я с матерью и батей
На Арбате, - век бы так.
А теперь я в медсанбате
На кровати, весь в бинтах.
Что нам слава, что нам Клава-
Медсестра и белый свет!
Помер мой сосед, что справа,
Тот, что слева - еще нет.
И однажды - как в угаре -
Тот сосед, что слева, мне
Вдруг сказал: - Послушай, парень,
У тебя ноги-то нет.
Как же так! Неправда, братцы!
Он, наверно, пошутил?
- Мы отрежем только пальцы, -
Так мне доктор говорил.
Но сосед, который слева,
Все смеялся, все шутил.
Даже если ночью бредил -
Все про ногу говорил,
Издевался: мол, не встанешь!
Не увидишь, мол, жены!
Поглядел бы ты, товарищ,
На себя со стороны.
Если б был я не калека
И слезал с кровати вниз,
Я б тому, который слева,
Просто глотку перегрыз!
Умолял сестричку Клаву
Показать, какой я стал.
Был бы жив сосед, что справа,-
Он бы правду мне сказал...

1964

0

13

ПЕСНЯ О ДРУГЕ

Если друг оказался вдруг
И не друг, и не враг, а - так,
Если сразу не разберешь,
Плох он или хорош,-
Парня в горы тяни - рискни!
Не бросай одного его,
Пусть он в связке в одной с тобой -
Там поймешь, кто такой.
Если парень в горах - не ах,
Если сразу раскис и - вниз,
Шаг ступил на ледник и - сник,
Оступился - и в крик,-
Значит, рядом с тобой - чужой,
Ты его не брани - гони:
Вверх таких не берут, и тут
Про таких не поют.
Если ж он не скулил, не ныл,
Пусть он хмур был и зол, но - шел,
А когда ты упал со скал,
Он стонал, но - держал,
Если шел за тобой, как в бой,
На вершине стоял хмельной,-
Значит, как на себя самого,
Положись на него.

1966

0

14

братские могилы

на братских могилах не ставят крестов,
и вдовы на них не рыдают,
к ним кто-то приносит букеты цветов,
и вечный огонь зажигают.
здесь раньше вставала земля на дыбы,
а нынче - гранитные плиты.
здесь нет ни одной персональной судьбы -
все судьбы в единую слиты.
а в вечном огне виден вспыхнувший танк,
горящие русские хаты,
горящий смоленск и горящий рейхстаг,
горящее сердце солдата.
у братских могил нет заплаканных вдов -
сюда ходят люди покрепче.
на братских могилах не ставят крестов,
но разве от этого легче?..

1964

0

15

баллада о детстве 

час зачатья я помню неточно.
значит, память моя однобока.
но зачат я был ночью, порочно,
и явился на свет не до срока.
я рождался не в муках, не в злобе,
девять месяцев - это не лет.
первый срок отбывал я в утробе:
ничего там хорошего нет.
спасибо вам святители, что плюнули да дунули,
что вдруг мои родители зачать меня задумали,
в те времена укромные, теперь почти былинные,
когда срока огромные брели в этапы длинные.
их брали в ночь зачатия, а многих даже ранее,
а вот живет же братия - моя честна компания.
ходу, думушки резвые, ходу,
слово, строченьки, милые, слово!
в первый раз получил я свободу
по указу от тридцать восьмого.
знать бы мне, кто так долго мурыжил -
отыгрался бы на подлеце,
но родился и жил я и выжил,
дом на первой мещанской в конце.
там за стеной, за стеночкою, за перегородочкой
соседушка с соседушкою баловались водочкой.
все жили вровень, скромно так: система коридорная,
на тридцать восемь комнаток всего одна уборная.
здесь зуб на зуб не попадал, не грела телогреечка.
здесь я доподлинно узнал, почем она, копеечка.
не боялась сирены соседка,
и привыкла к ней мать понемногу.
и плевал я, здоровый трехлетка,
на воздушную эту тревогу.
да не все то, что сверху от бога -
и народ зажигалки тушил.
и, как малая фронту подмога,
мой песок и дырявый кувшин.
и било солнце в три ручья, сквозь дыры крыш просеяно
на евдоким кириллыча и кисю моисеевну.
она ему: как сыновья? - да без вести пропавшие!
эх, киська, мы одна семья, вы тоже пострадавшие.
вы тоже пострадавшие, а значит обрусевшие.-
мои - без вести павшие, твои - безвинно севшие.
я ушел от пеленок и сосок,
поживал - не забыт, не заброшен.
и дразнили меня "недоносок",
хоть и был я нормально доношен.
маскировку пытался срывать я,
- пленных гонят,- чего ж мы дрожим?
возвращались отцы наши, братья
по домам, по своим да чужим.
у тети зины кофточка с драконами, да змеями -
то у попова вовчика отец пришел с трофеями.
трофейная япония, трофейная германия:
пришла страна лимония - сплошная чемодания.
взял у отца на станции погоны, словно цацки, я,
а из эвакуации толпой валили штатские.
осмотрелись они, оклемались,
похмелились, потом протрезвели.
и отплакали те, кто дождались,
недождавшиеся отревели.
стал метро рыть отец витькин с генкой,
мы спросили:- зачем? - он в ответ,
мол, коридоры кончаются стенкой,
а тоннели выводят на свет.
пророчество папашино не слушал витька с корешом:
из коридора нашего в тюремный коридор ушел.
да он всегда был спорщиком, припрешь к стене - откажется
прошел он коридорчиком и кончил стенкой, кажется.
но у отцов свои умы, а что до нас касательно,
на жизнь засматривались мы вполне самостоятельно.
все - от нас до почти годовалых
толковищу вели до кровянки,
а в подвалах и полуподвалах
ребятишкам хотелось под танки.
не досталось им даже по пуле,
в ремеслухе живи не тужи.
ни дерзнуть, ни рискнуть, но рискнули -
из напильников сделать ножи.
они воткнутся в легкие
от никотина черные,
по рукоятки легкие трехцветные наборные.
вели дела отменные сопливые острожники.
на стройке немцы пленные на хлеб меняли ножики.
сперва играли в фантики в пристенок с крохоборами,
и вот ушли романтики из подворотен ворами.
было время и были подвалы,
было дело и цены снижали.
и текли, куда надо, каналы
и в конце, куда надо, впадали.
дети бывших старшин да майоров
до бедовых широт поднялись,
потому, что из всех коридоров
им казалось сподручнее вниз.

1975

0

16

В.Высоцкий!!!

Я НЕ ЛЮБЛЮ

Я не люблю фатального исхода,
От жизни никогда не устаю.
Я не люблю любое время года,
Когда веселых песен не пою.

Я не люблю холодного цинизма,
В восторженность не верю, и еще -
Когда чужой мои читает письма,
Заглядывая мне через плечо.

Я не люблю, когда наполовину
Или когда прервали разговор.
Я не люблю, когда стреляют в спину,
Я также против выстрелов в упор.

Я ненавижу сплетни в виде версий,
Червей сомненья, почестей иглу,
Или - когда все время против шерсти,
Или - когда железом по стеклу.

Я не люблю уверенности сытой,
Уж лучше пусть откажут тормоза!
Досадно мне, что слово "честь" забыто,
И что в чести наветы за глаза.

Когда я вижу сломанные крылья -
Нет жалости во мне и неспроста.
Я не люблю насилье и бессилье,
Вот только жаль распятого Христа.

Я не люблю себя, когда я трушу,
Обидно мне, когда невинных бьют,
Я не люблю, когда мне лезут в душу,
Тем более, когда в нее плюют.

Я не люблю манежи и арены,
На них мильон меняют по рублю,
Пусть впереди большие перемены,
Я это никогда не полюблю.

1969

0

17

ПРО ЧЕРТА 

У меня запой от одиночества -
По ночам я слышу голоса...
Слышу - вдруг зовут меня по отчеству,-
Глянул - черт,- вот это чудеса!
Черт мне корчил рожи и моргал,
А я ему тихонечко сказал:
"Я, брат, коньяком напился вот уж как!
Ну, ты, наверно, пьешь денатурат...
Слушай, черт-чертяка-чертик-чертушка,
Сядь со мной - я очень буду рад...
Да неужели, черт возьми, ты трус?!
Слезь с плеча, а то перекрещусь!"
Черт сказал, что он знаком с Борисовым -
Это наш запойный управдом,-
Черт за обе щеки хлеб уписывал,
Брезговать не стал и коньяком.
Кончился коньяк - не пропадем,-
Съездим к трем вокзалам и возьмем.
Я устал, к вокзалам черт мой съездил сам...
Просыпаюсь - снова черт,- боюсь:
Или он по новой мне пригрезился,
Или это я ему кажусь.
Черт ругнулся матом, а потом
Целоваться лез, вилял хвостом.
Насмеялся я над ним до коликов
И спросил: "Как там у вас в аду
Отношение к нашим алкоголикам -
Говорят, их жарят на спирту?"
Черт опять ругнулся и сказал:
"И там не тот товарищ правит бал!"
...Все кончилось, светлее стало в комнате,-
Черта я хотел опохмелять,
Но растворился черт как будто в омуте...
Я все жду - когда придет опять...
Я не то чтоб чокнутый какой,
Но лучше - с чертом, чем с самим собой.

зима 1965-1966

0

18

РОМАНС 

Было так, я любил и страдал.
Было так, я о ней лишь мечтал.
Я ее видел часто во сне
Амазонкой на белом коне.
Что мне была вся мудрость скучных книг,
Когда к следам ее губами мог припасть я?
Что с вами было, королева грез моих?
Что с вами стало, мое призрачное счастье?
Наши души купались в весне.
Наши головы были в огне.
И печаль с ней, и боль далеки,
И, казалось, не будет тоски.
Ну, а теперь хоть саван ей готовь,
Смеюсь сквозь слезы я и плачу без причины.
Ей вечным холодом и льдом сковало кровь
От страха жить и от предчувствия кончины.
Понял я, больше песен не петь.
Понял я, больше снов не смотреть.
Дни тянулись с ней нитями лжи,
С нею были одни миражи.
Я жгу остатки праздничных одежд,
Я струны рву, освобождаясь от дурмана,
Мне не служить рабом у призрачных надежд,
Не поклоняться больше идолам обмана.

1968

0

19

ОЙ, ГДЕ БЫЛ Я ВЧЕРА 

Ой, где был я вчера - не найду, хоть убей,
Только помню, что стены с обоями.
Помню, Клавка была и подруга при ней,
Целовался на кухне с обоими.
А наутро я встал,
Мне давай сообщать:
Что хозяйку ругал,
Всех хотел застращать,
Будто голым скакал,
Будто песни орал,
А отец, говорил,
У меня генерал.
А потом рвал рубаху и бил себя в грудь,
Говорил, будто все меня продали,
И гостям, говорят, не давал продохнуть -
Все донимал их блатными аккордами.
А потом кончил пить,
Потому что устал,
Начал об пол крушить
Благородный хрусталь,
Лил на стены вино,
А кофейный сервиз,
Растворивши окно,
Взял да выбросил вниз.
И никто мне не мог даже слова сказать,
Но потом потихоньку оправились,
Навалились гурьбой, стали руки вязать,
И в конце уже все позабавились.
Кто плевал мне в лицо,
А кто водку лил в рот,
А какой-то танцор
Бил ногами в живот,
Молодая вдова,
Верность мужу храня,
(Ведь живем однова)
Пожалела меня.
И бледнел я на кухне с разбитым лицом,
Сделал вид, что пошел на попятную -
"Развяжите!"- кричал,- "да и дело с концом!" -
Развязали, но вилки попрятали.
Тут вообще началось -
Не опишешь в словах,
И откуда взялось
Столько силы в руках?
Я, как раненный зверь,
Напоследок чудил,
Выбил окна и дверь,
И балкон уронил.
Ой, где был я вчера - не найду днем с огнем,
Только помню, что стены с обоями...
И осталось лицо, и побои на нем.
Ну куда теперь выйти с побоями?
Если правда оно,
Ну, хотя бы на треть,
Остается одно:
Только лечь, помереть,
Хорошо, что вдова
Все смогла пережить,
Пожалела меня
И взяла к себе жить.

1967

0

20

Эта история связанна с другом его семьи , которому пришлось такое пережить...

ТОТ, КОТОРЫЙ НЕ СТРЕЛЯЛ   

Я вам мозги не пудрю - уже не тот завод.
В меня стрелял поутру из ружей целый взвод.
За что мне эта злая, нелепая стезя?-
Не то чтобы не знаю - рассказывать нельзя.
Мой командир меня почти что спас,
Но кто-то на расстреле настоял,
И взвод отлично выполнил приказ,
Но был один, который не стрелял.
Судьба моя лихая давно наперекос,-
Однажды "языка" я добыл, да не донес.
И особист Суэтин, неутомимый наш,
Еще тогда приметил и взял на карандаш.
Он выволок на свет и приволок
Подколотый, подшитый материал,
Никто поделать ничего не смог.
Нет, смог один, который не стрелял.
Рука упала в пропасть с дурацким криком "Пли!"
И залп мне выдал пропуск в ту сторону земли.
Но слышу:- Жив зараза. Тащите в медсанбат!
Расстреливать два раза уставы не велят.
А врач потом все цокал языком
И, удивляясь, пули удалял,
А я в бреду беседовал тайком
С тем пареньком, который не стрелял.
Я раны, как собака, лизал, а не лечил,
В госпиталях, однако, в большом почете был.
Ходил в меня влюбленный весь слабый женский пол:
- Эй ты, недостреленный! Давай-ка на укол!
Наш батальон геройствовал в Крыму,
И я туда глюкозу посылал,
Чтоб было слаще воевать ему,
Кому? Тому, который не стрелял.
Я пил чаек из блюдца, со спиртиком бывал,
Мне не пришлось загнуться, и я довоевал.
В свой полк определили. - Воюй, - сказал комбат,-
А что недострелили, так я невиноват!..
Я тоже рад был, но, присев у пня,
Я выл белугой и судьбину клял,-
Немецкий снайпер дострелил меня
Убив того, который не стрелял.

1973

0

21

Цунами 

Пословица звучит витиевато:
Не восхищайся прошлогодним небом,-
Не возвращайся - где был рай когда-то,
И брось дурить - иди туда, где не был!
Там что творит одна природа с нами!
Туда добраться трудно и молве.
Там каждый встречный - что ему цунами! -
Со штормами в душе и в голове!
Покой здесь, правда, ни за что не купишь -
Но ты вернешься, говорят ребята,
Наперекор пословице поступишь -
Придешь туда, где встретил их когда-то!
Здесь что творит одна природа с нами!
Сюда добраться трудно и молве.
Здесь иногда рождаются цунами
И рушат все в душе и в голове!
На море штиль, но в мире нет покоя -
Локатор ищет цель за облаками.
Тревога - если что-нибудь такое -
Или сигнал: внимание - цунами!
Я нынче поднимаю тост с друзьями!
Цунами - равнодушная волна.
Бывают беды пострашней цунами
И - радости сильнее, чем она!

1969

0

22

ОДНА НАУЧНАЯ ЗАГАДКА, или
ПОЧЕМУ АБОРИГЕНЫ СЪЕЛИ КУКА
     

Не хватайтесь за чужие талии,
Вырвавшись из рук своих подруг.
Вспомните, как к берегам Австралии,
Подплывал покойный ныне Кук.

Как в кружок, усевшись под азалии,
Поедом с восхода до зари,
Ели в этой солнечной Австралии
Друга дружку злые дикари.

Но почему аборигены съели Кука?
За что - неясно,- молчит наука.
Мне представляется совсем простая штука:
Хотели кушать - и съели Кука.

Есть вариант, что ихний вождь - большая бука,-
Кричал, что очень вкусный кок на судне Кука.
Ошибка вышла - вот о чем молчит наука,-
Хотели кока, а съели Кука.

И вовсе не было подвоха или трюка,
Вошли без стука, почти без звука,
Пустили в действие дубинку из бамбука -
Тюк!- прямо в темя - и нету Кука.

Но есть, однако же, еще предположенье,
Что Кука съели из большого уваженья.
Что всех науськивал колдун - хитрец и злюка:
- Ату, ребята! хватайте Кука!

Кто уплетет его без соли и без лука,
Тот сильным, смелым, добрым будет, вроде Кука!-
Кому-то под руку попался каменюка,-
Метнул, гадюка, и нету Кука.

А дикари теперь заламывают руки,
Ломают копья, ломают луки,
Сожгли и бросили дубинки из бамбука,-
Переживают, что съели Кука.

1976

0

23

КОНИ ПРИВЕРЕДЛИВЫЕ

........................Специально для Сако .........

Вдоль обрыва, по-над пропастью, по самому краю
Я коней своих нагайкою стегаю, - погоняю, -
Что-то воздуху мне мало, ветер пью, туман глотаю,
Чую, с гибельным восторгом - пропадаю, пропадаю!

Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!
Вы тугую не слушайте плеть!
Но что-то кони мне попались привередливые,
И дожить не успел, мне допеть не успеть!

Я коней напою,
Я куплет допою,-
Хоть немного еще постою на краю!...

Сгину я, меня пушинкой ураган сметет с ладони,
И в санях меня галопом повлекут по снегу утром.
Вы на шаг неторопливый перейдите, мои кони!
Хоть немного, но продлите путь к последнему приюту!

Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!
Не указчики вам кнут и плеть.
Но что-то кони мне попались привередливые,
И дожить я не смог, мне допеть не успеть.

Я коней напою,
Я куплет допою,-
Хоть немного еще постою на краю!...

Мы успели - в гости к богу не бывает опозданий.
Так что ж там ангелы поют такими злыми голосами?
Или это колокольчик весь зашелся от рыданий,
Или я кричу коням, чтоб не несли так быстро сани?

Чуть помедленнее кони, чуть помедленнее!
Умоляю вас вскачь не лететь!
Но что-то кони мне достались привередливые,
Коль дожить не успел, так хотя бы допеть!

Я коней напою,
Я куплет допою,-
Хоть мгновенье еще постою на краю!...

1972

0

24

МОЙ ДРУГ УЕХАЛ В МАГАДАН

Игорю Кохановскому

Мой друг уехал в Магадан.
Снимите шляпу, снимите шляпу!
Уехал сам, уехал сам,
Не по этапу, не по этапу.

Не то чтоб другу не везло,
Не чтоб кому-нибудь назло,
Не для молвы, что, мол, чудак,
А просто так, а просто так.

Быть может кто-то скажет: - Зря!
Как так - решиться всего лишиться?
Ведь там сплошные лагеря,
А в них убийцы, а в них убийцы!

Ответит он: - Не верь молве.
Их там не больше, чем в Москве.-
Потом уложит чемодан -
И в Магадан, и в Магадан.

Не то чтоб мне не по годам,-
Я б прыгнул ночью из электрички,-
Но я не еду в Магадан,
Забыв привычки, закрыв кавычки.

Я буду петь под струнный звон
Про то, что будет видеть он,
Про то, что в жизни не видал,-
Про Магадан, про Магадан.

Мой друг поехал сам собой,
С него довольно, с него довольно.
Его не будет бить конвой,
Он - добровольно, он - добровольно.

А мне удел от бога дан...
А, может, тоже в Магадан
Уехать с другом заодно
И лечь на дно, и лечь на дно.

1965

0

25

БАЛЛАДА О КОРОТКОМ СЧАСТЬЕ

Трубят рога: скорей, скорей!-
И копошится свита.
Душа у ловчих без затей,
Из жил воловьих свита.

Ну и забава у людей -
Убить двух белых лебедей!
И стрелы ввысь помчались...
У лучников наметан глаз,-
А эти лебеди как раз
Сегодня повстречались.

Она жила под солнцем - там,
Где синих звезд без счета,
Куда под силу лебедям
Высокого полета.

Ты воспари - крыла раскинь -
В густую трепетную синь.
Скользи по божьим склонам,-
В такую высь, куда и впредь
Возможно будет долететь
Лишь ангелам и стонам.

Но он и там ее настиг -
И счастлив миг единый,-
Но может, был тот яркий миг
Их песней лебединой...

Двум белым ангелам сродни,
К земле направились они -
Опасная повадка!
Из-за кустов, как из-за стен,
Следят охотники за тем,
Чтоб счастье было кратко.

Вот утирают пот со лба
Виновники паденья:
Сбылась последняя мольба -
"Остановись, мгновенье!"

Так пелся вечный этот стих
В пик лебединой песне их -
Счастливцев одночасья:
Они упали вниз вдвоем,
Так и оставшись на седьмом,
На высшем небе счастья.

1975

0

26

БАЛЛАДА О НЕНАВИСТИ

..................... ............................ ...

Торопись - тощий гриф над страною кружит!
Лес - обитель твою - по весне навести!
Слышишь - гулко земля под ногами дрожит?
Видишь - плотный туман над полями лежит? -
Это росы вскипают от ненависти!

Ненависть - в почках набухших томится,
Ненависть - в нас затаенно бурлит,
Ненависть - потом сквозь кожу сочится,
Головы наши палит!

Погляди - что за рыжие пятна в реке,-
Зло решило порядок в стране навести.
Рукоятки мечей холодеют в руке,
И отчаянье бьется, как птица, в виске,
И заходится сердце от ненависти!

Ненависть - юным уродует лица,
Ненависть - просится из берегов,
Ненависть - жаждет и хочет напиться
Черною кровью врагов!

Да, нас ненависть в плен захватила сейчас,
Но не злоба нас будет из плена вести.
Не слепая, не черная ненависть в нас,-
Свежий ветер нам высушит слезы у глаз
Справедливой и подлинной ненависти!

Ненависть - пей, переполнена чаша!
Ненависть - требует выхода, ждет.
Но благородная ненависть наша
Рядом с любовью живет!

1975

0

27

ОХОТА НА ВОЛКОВ

Рвусь из сил и из всех сухожилий,
Но сегодня - опять, как вчера,-
Обложили меня, обложили,
Гонят весело на номера.

Из-за елей хлопочут двустволки -
Там охотники прячутся в тень.
На снегу кувыркаются волки,
Превратившись в живую мишень.

Идет охота на волков, идет охота!
На серых хищников - матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Не на равных играют с волками
Егеря, но не дрогнет рука!
Оградив нам свободу флажками,
Бьют уверенно, наверняка.

Волк не может нарушить традиций.
Видно, в детстве, слепые щенки,
Мы, волчата, сосали волчицу
И всосали - "Нельзя за флажки!"

Идет охота на волков, идет охота!
На серых хищников - матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Наши ноги и челюсти быстры.
Почему же - вожак, дай ответ -
Мы затравленно мчимся на выстрел
И не пробуем через запрет?

Волк не должен, не может иначе!
Вот кончается время мое.
Тот, которому я предназначен,
Улыбнулся и поднял ружье.

Идет охота на волков, идет охота!
На серых хищников - матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Я из повиновения вышел
За флажки - жажда жизни сильней!
Только сзади я радостно слышал
Удивленные крики людей.

Рвусь из сил, из всех сухожилий,
Но сегодня - не так, как вчера!
Обложили меня, обложили,
Но остались ни с чем егеря!

Идет охота на волков, идет охота!
На серых хищников - матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.

1968

0

28

СПАСИТЕ НАШИ ДУШИ 

Уходим под воду
В нейтральной воде.
Мы можем по году
Плевать на погоду,
А если накроют -
Локаторы взвоют
О нашей беде:

Спасите наши души!
Мы бредим от удушья.
Спасите наши души,
Спешите к нам!
Услышьте нас на суше -
Наш SOS все глуше, глуше,
И ужас режет души
напополам!

И рвутся аорты,
Но наверх - не сметь!
Там слева по борту,
Там справа по борту,
Там прямо по ходу
Мешает проходу
Рогатая смерть!

Спасите наши души!
Мы бредим от удушья.
Спасите наши души,
Спешите к нам!
Услышьте нас на суше -
Наш SOS все глуше, глуше,
И ужас режет души
напополам!

Но здесь мы на воле -
Ведь это наш мир!
Свихнулись мы, что ли -
Всплывать в минном поле?!
- А ну, без истерик!
Мы врежемся в берег!-
Сказал командир.

Спасите наши души!
Мы бредим от удушья.
Спасите наши души,
Спешите к нам!
Услышьте нас на суше -
Наш SOS все глуше, глуше,
И ужас режет души
напополам!

Всплывем на рассвете -
Приказ есть приказ.
Погибнуть в отсвете -
Уж лучше при свете!
Наш путь не отмечен.
Нам нечем... Нам нечем!..
Но помните нас!

Спасите наши души!
Мы бредим от удушья.
Спасите наши души,
Спешите к нам!
Услышьте нас на суше -
Наш SOS все глуше, глуше,
И ужас режет души
напополам!

Вот вышли наверх мы,
Но выхода нет!
Ход полный на верфи,
Натянуты нервы.
Конец всем печалям,
Концам и началам -
Мы рвемся к причалам
Заместо торпед!

Спасите наши души!
Мы бредим от удушья.
Спасите наши души,
Спешите к нам!
Услышьте нас на суше -
Наш SOS все глуше, глуше,
И ужас режет души
напополам!

1967

0

29

БЕЛОЕ БЕЗМОЛВИЕ

Все года и века и эпохи подряд
Все стремится к теплу от морозов и вьюг.
Почему ж эти птицы на север летят,
Если птицам положено только на юг?

Слава им не нужна и величие.
Вот под крыльями кончится лед,
И найдут они счастие птичее,
Как награду за дерзкий полет.

Что же нам не жилось, что же нам не спалось?
Что нас выгнало в путь по высокой волне?
Нам сиянья пока наблюдать не пришлось.
Это редко бывает - сиянья в цене!

Тишина. Только чайки - как молнии.
Пустотой мы их кормим из рук.
Но наградою нам за безмолвие
Обязательно будет звук.

Как давно снятся нам только белые сны,
Все иные оттенки снега замели.
Мы ослепли давно от такой белизны,
Но прозреем от черной полоски земли.

Наше горло отпустит молчание,
Наша слабость растает, как тень.
И наградой за ночи отчаянья
Будет вечный полярный день.

Север, воля, надежда,- страна без границ,
Снег без грязи, как долгая жизнь без вранья.
Воронье нам не выклюет глаз из глазниц,
Потому что не водится здесь воронья.

Кто не верил в дурные пророчества,
В снег не лег ни на миг отдохнуть,
Тем наградою за одиночество
Должен встретиться кто-нибудь.

1972

0

30

ОЧИ ЧЕРНЫЕ

I. ДОРОГА

Во хмелю слегка,
Лесом правил я.
Не устал пока,-
Пел за здравие.
А умел я петь
Песни вздорные:
"Как любил я вас,
Очи черные..."

То плелись, то неслись, то трусили рысцой.
И болотную слизь конь швырял мне в лицо.
Только я проглочу вместе с грязью слюну,
Штоф у горла скручу - и опять затяну:

"Очи черные!
Как любил я вас..."
Но - прикончил я
То, что впрок припас.
Головой тряхнул,
Чтоб слетела блажь,
И вокруг взглянул -
И присвистнул аж:

Лес стеной впереди - не пускает стена,-
Кони прядут ушами, назад подают.
Где просвет, где прогал - не видать ни рожна!
Колют иглы меня, до костей достают.

Коренной ты мой,
Выручай же, брат!
Ты куда, родной,-
Почему назад?!
Дождь - как яд с ветвей -
Недобром пропах.
Пристяжной моей
Волк нырнул под пах.

Вот же пьяный дурак, вот же налил глаза!
Ведь погибель пришла, а бежать - не суметь,-
Из колоды моей утащили туза,
Да такого туза, без которого - смерть!

Я ору волкам:
"Побери вас прах!..." -
А коней пока
Подгоняет страх.
Шевелю кнутом -
Бью крученые
И ору притом:
"Очи черные!.."

Храп, да топот, да лязг, да лихой перепляс -
Бубенцы плясовую играют с дуги.
Ах вы кони мои, погублю же я вас,-
Выносите, друзья, выносите, враги!

...От погони той
Даже хмель иссяк.
Мы на кряж крутой -
На одних осях,
В хлопьях пены мы -
Струи в кряж лились,-
Отдышались, отхрипели
Да откашлялись.

Я лошадкам забитым, что не подвели,
Поклонился в копыта, до самой земли,
Сбросил с воза манатки, повел в поводу...
Спаси бог вас, лошадки, что целым иду!

II. ЧУЖОЙ ДОМ

Что за дом притих,
Погружен во мрак,
На семи лихих
Продувных ветрах,
Всеми окнами
Обратясь в овраг,
А воротами -
На проезжий тракт?

Ох, устал я, устал,- а лошадок распряг.
Эй, живой кто-нибудь, выходи, помоги!
Никого,- только тень промелькнула в сенях,
Да стервятник спустился и сузил круги.

В дом заходишь как
Все равно в кабак,
А народишко -
Каждый третий - враг.
Своротят скулу,
Гость непрошеный!
Образа в углу -
И те перекошены.

И затеялся смутный, чудной разговор,
Кто-то песню стонал и гитару терзал,
И припадочный малый - придурок и вор -
Мне тайком из-под скатерти нож показал.

"Кто ответит мне -
Что за дом такой,
Почему во тьме,
Как барак чумной?
Свет лампад погас,
Воздух вылился...
Али жить у вас
Разучилися?

Двери настежь у вас, а душа взаперти.
Кто хозяином здесь?- напоил бы вином".
А в ответ мне: "Видать, был ты долго в пути -
И людей позабыл,- мы всегда так живем!

Траву кушаем,
Век - на щавеле,
Скисли душами,
Опрыщавели,
Да еще вином
Много тешились,-
Разоряли дом,
Дрались, вешались".

"Я коней заморил,- от волков ускакал.
Укажите мне край, где светло от лампад.
Укажите мне место, какое искал,-
Где поют, а не стонут, где пол не покат".

"О таких домах
Не слыхали мы,
Долго жить впотьмах
Привыкали мы.
Испокону мы -
В зле да шепоте,
Под иконами
В черной копоти".

И из смрада, где косо висят образа,
Я, башку очертя гнал, забросивши кнут,
Куда кони несли да глядели глаза,
И где люди живут, и - как люди живут.

...Сколько кануло, сколько схлынуло!
Жизнь кидала меня - не докинула.
Может, спел про вас неумело я,
Очи черные, скатерть белая?!

1974

0


Вы здесь » Форум *Армянские девушки* » Досуг и Спорт » Bладимир Bысоцкий - история болезни